На улице Воровского, под номером двадцать четыре, стоит здание, значащееся в реестре как «Дом купца Тураева» — объект культурного наследия регионального значения. Громкой истории за ним не числится, зато он показывает, как выглядела рядовая застройка купеческого Смоленска вне парадных улиц.
Что известно о доме
Здание включено в перечень объектов культурного наследия регионального значения и числится в Ленинском районе Смоленска по адресу улица Воровского, дом 24.
В реестре оно проходит как «Дом купца Тураева» — в единственном числе, хотя в краеведческом обиходе встречается и форма «дом Тураевых».
Подробной опубликованной истории у постройки нет: даты, имена архитекторов и обстоятельства строительства в доступных источниках не раскрываются.
Положение это для смоленской застройки типично. Реестр фиксирует охранный статус и адрес, а исследовательская работа по конкретным рядовым зданиям ведётся выборочно — до большинства из них у краеведов попросту не доходят руки.
Кто такие купеческие дома
Чтобы понимать, что перед вами, стоит представить, как устраивал своё жильё городской купец XIX века.
Типовая схема была такой: нижний этаж отводился под торговлю или сдавался внаём под лавку, верхний занимала семья владельца. Иногда верхние помещения тоже сдавались — постояльцам или под конторы.
Схема эта в Смоленске прослеживается на множестве примеров. Купец Павлов, построивший нынешний Дом книги на Большой Советской, держал на первом этаже собственный магазин модной одежды, тканей и мехов, а помещения в других своих зданиях сдавал торговцам и внаём.
Дом с торговой функцией внизу и жилой наверху — базовая единица застройки купеческого города. Из таких домов и складывались улицы.
Купечество и облик Смоленска
Роль купечества в формировании города трудно переоценить.
Наиболее заметные здания исторического центра построены именно по купеческим заказам: дом Павлова на Большой Советской, дом Будникова на Коммунистической с его изразцовым фасадом, дом с часами, где размещалась гостиница «Европейская».
Мотивация была понятной. Представительная архитектура собственного дома подчёркивала социальный и экономический статус владельца — в обществе, где сословные границы значили много, а купеческое звание не давало дворянских прав.
Отсюда и стремление к нарядности: Будников покрыл фасад изразцами собственного производства, Павлов заказал проект городскому архитектору и надстроил третий этаж с четвериком.
Но парадные особняки — верхушка. Основную массу городской ткани составляли дома попроще, вроде тураевского, и именно они определяли реальный облик улиц.
Улица Воровского
Улица носит имя советского дипломата Вацлава Воровского, убитого в 1923 году в Лозанне.
Практика переименования городских улиц в честь революционных и государственных деятелей была после 1917 года повсеместной, и Смоленск здесь не исключение: Блонная стала Ленина, Кадетская — Коммунистической, Благовещенская — Большой Советской.
Историческое название улицы Воровского в доступных источниках не уточняется, но по расположению она относится к старой части города — то есть застраивалась задолго до переименования.
Зачем охранять рядовую застройку
Вопрос возникает всякий раз, когда речь заходит о зданиях без громкой истории: стоит ли тратить ресурс охраны памятников на обычный купеческий дом?
Доводы в пользу охраны есть, и они серьёзные.
- Среда важнее отдельного объекта. Памятник, окружённый новостройками, теряет половину смысла; историческая улица работает целиком.
- Рядовая застройка исчезает первой. Особняк с именем защищён вниманием, безымянный дом сносят без обсуждения.
- Смоленск потерял в войну почти всё. В городе, где уцелело около семисот домов из восьми тысяч, каждое дореволюционное здание — редкость по определению.
- Такие дома рассказывают о повседневности. Соборы и крепость говорят о государстве и вере, купеческие дома — о том, как жили люди.
Именно поэтому объекты вроде дома Тураева получают охранный статус, даже когда об их истории известно немного.
Что такое купеческие гильдии
Слово «купец» в дореволюционном документе — не бытовое обозначение торговца, а сословный статус, и стоит пояснить, как он был устроен.
Купечество делилось на гильдии, принадлежность к которым определялась размером объявленного капитала. Первая гильдия давала право на оптовую и заграничную торговлю, вторая — на оптовую внутри страны, третья, упразднённая в 1863 году, ограничивалась мелочным торгом.
Статус требовалось подтверждать ежегодно, уплачивая гильдейский сбор. Разорившийся купец выбывал из сословия и переходил в мещане — то есть купеческое звание, в отличие от дворянского, не было пожизненным и не передавалось автоматически.
Отсюда и характерная мотивация. Купец строил представительный дом не только ради удобства: солидное здание служило свидетельством состоятельности, а значит, и кредитоспособности. В городе, где все друг друга знали, фасад работал деловой репутацией.
Владелец дома на Воровского значится в реестре как купец, без указания гильдии — ещё одна деталь, которую могло бы прояснить архивное исследование.
Как смотреть
Ожидания стоит выставить заранее: перед вами не отреставрированный музей, а рядовое здание с охранным статусом, и находится оно в стороне от туристических маршрутов.
Смотреть его имеет смысл тем, кому интересен Смоленск за пределами парадного центра — город, где между Большой Советской и окраинами лежат кварталы обычной дореволюционной застройки.
Обратите внимание на пропорции, ритм окон, следы первоначального назначения первого этажа — широкие проёмы часто выдают бывшую лавку. Именно по этим признакам специалисты и опознают купеческие дома.
И примите как данность, что рассказать о конкретной семье Тураевых пока нечего. Краеведческая работа по таким адресам ещё впереди, и не исключено, что чья-то находка в архиве однажды наполнит этот дом содержанием.
Частые вопросы
Где находится дом Тураева?
На улице Воровского, дом 24, в Ленинском районе Смоленска. Здание включено в перечень объектов культурного наследия регионального значения и значится в реестре как «Дом купца Тураева».
Что известно о его истории?
Немного: реестр фиксирует охранный статус и адрес, но даты постройки, имя архитектора и обстоятельства строительства в доступных источниках не раскрываются. Для рядовой городской застройки такое положение обычно — исследовательская работа по конкретным зданиям ведётся выборочно.
Зачем охранять здание без громкой истории?
Потому что историческую среду формирует не отдельный памятник, а застройка целиком, а рядовые дома исчезают первыми. Для Смоленска, где из восьми тысяч жилых домов войну пережило около семисот, каждое сохранившееся дореволюционное здание — редкость.
